;

 

         

 

 

Поиск по сайту

 

Мои темы

 

 

 


       •
Художественные
      
       • Нон-фикшн
      
       •
Статьи, очерки,
          эссе
      

 

 

 

 

      Кавказская пленница
      Война и мир (2007)
      Жестокий романс
      Остров

Весь список
 

  

     Эрнесто Кортазар
     Светлана Тернова
     Оркестр"Папоротник"
     IL Volo (оперное трио)
     Лименсита (антология)
    
Canzone da due soldi
    (антология)

Весь список

  

         

 

     Константин Разумов
     Шу Мизогучи
     Ютака Кагайя
     Вильем Хентритс
     Валерий Барыкин
     Елена Бонд


Весь список

 

Юджа Ванг

Классические
музыканты-красотки

     Валентина Игошина
     Юджа Ванг
     Мари Самуэлсен
     Анна Фёдорова
     Наоко Тераи
     Сара Чанг

 

  ;

     Православные фото 

     Религиозные учёные

     Иконы Богородицы

     Последний шаг разума

     Торжество "голубого
     лобби"
Андрей Кураев

 

Написать мне письмо

 

Сергей Банцер "Оркестр Дальней Гавани"

 

МиГ-25


 
МиГ-25

  ♦ Сбитые самолёты

  ♦ Перелетчики

  ♦ Как сбили Пауэрса

  ♦ Как  МиГ-25 летал над
    
Тель-Авивом и     
      предотвратил ядерную
      войну

 

 
 Почему распались
Beatles?

Венец эволюции
Есть ли эволюция?

 

Начало  Навигация  Мои темы  Книги Сергея Банцера  Поиск по сайту

    


 

 
  
    История человека, а равно и целого народа,  
    заключается в словах:

                    "бесплодные поиски счастья"

       Буаст Пьер

 

 

 

Хорошо ли умным?

(продолжение, начало здесь)

Copyright © Сергей Банцер 

  

 Умный и счастье


─ Я бы хотел… если позволите, − раскрыв блокнот, сказал парень хрипловатым от волнения голосом, − мой первый вопрос…
   Несмотря на тёплый день, парень был одет в костюм, пиджак которого был застёгнут на все пуговицы, а ворот голубой рубашки был схвачен строгим галстуком.
   ─ Это твоё первое интервью? − перебил его старик, подняв на парня выцветшие глаза. − Можешь не отвечать. Они сказали, что возьмут тебя в штат, если интервью получится? Ведь ты же стажёр, да?
   ─ Да, − несколько озадаченно ответил стажёр.
   ─ Они сказали тебе, чтобы ты сначала убедился, что я не впал в маразм, правда?
   Стажёр смущённо пожал плечами:
   ─ Ну, что вы… Почему вы так подумали…
   − Жизнь это шаблон. Просто большой и длинный шаблон, − узкие губы старика растянулись в подобии усмешки. Так могла бы усмехаться пожилая ящерица. Некоторое время старик сидел с застывшей улыбкой, а потом продолжил:
   − Нам остаётся только заполнять клеточки в этом шаблоне правильными буквами. Какие буквы правильные, не знает никто. Поэтому буквы вписывают самые умные. И называют это научным методом. А остальные просто подчёркивают нужное. А ненужное зачёркивают.
   − У кого-то бывает и наоборот, ведь, правда? − улыбнулся стажёр. − Ненужное подчёркивают, а нужное зачёркивают.
   Старик с интересом посмотрел на него.
   − Ты что, умный? − спросил он.
− Не знаю, − стажёр пожал плечами. − Наверное, не очень.
− Напрасно стесняешься, − пробормотал старик, − ничего хорошего в уме нет. Одни неприятности, хе, хе. Что тебе поручили у меня спросить?
   − Сегодня шестнадцатое июля, − сказал стажёр, − и сегодня…
   − Правильно, − старик опять перебил стажёра, − шестнадцатое июля. А ты в пиджаке. Можешь снять. А, что, если нам сделать кофе? Я бы сам, но ноги… Когда ты позвонил полчаса назад, я встал и пошёл. И всё это время я шёл до этого дивана, представляешь?.. Когда я проходил мимо зеркала, то увидел своё отражение и вспомнил слова одного великого русского писателя, который утверждал, что в человеке всё должно быть прекрасно, и лицо, и одежда, и душа, и мысли. По-моему, сказано гениально! Глубже мыслил только один русский студент, его звали Вадик, он жил со мной в одной комнате в Гёттингемском кампусе. Вадик говорил: "Не имей сто рублей, а имей тысячу рублей". Вон банка на столе, кипяток в чайнике. Так как насчёт маразма? Тебя интересует, что было в этот день ровно пятьдесят лет назад, ведь правда?
   − Да, − с некоторым удивлением ответил стажёр.
   ─ Они пронюхали, что я последний из команды мистера Оппенгеймера, да… Тогда, в Лос Аламосе я был самый молодой. Молодость… Ты не знаешь, что это такое, − старик пренебрежительно взмахнул высохшей рукой. − Лет через двадцать поймёшь. Но будет уже поздно. Хе, хе, поздно… Это, кажется, самая прикольная шутка нашего Создателя.
   − Вы работали вместе с Оппенгеймером?
   − Я входил в группу синьора Ферми. А Оппенгеймер носил двубортный пиджак и шляпу, как у гангстера. Тебя, наверное, интересует, что я испытывал, ну, какие чувства, когда она взорвалась? А как ты думаешь - какие?
   ─ Я думаю… Наверное, вы были счастливы, да? − предположил стажёр.
   Старик некоторое время молчал, а потом резко встряхнул головой:
   ─ Ничего подобного! Там никто не был счастлив.
   ─ Никто? А как это всё было? − спросил стажёр. − Ну, что вы чувствовали?
   ─ Это было на рассвете, − сказал старик. − Земля там плоская, как тарелка, и солнце висело на востоке прямо над горизонтом. Тогда с противоположной стороны взошло другое солнце. Он было ярче настоящего и с зелёным оттенком. Так и напиши − с зелёным. Много ярче, да. Оно было ярче тысячи солнц… Когда оно погасло, то настоящее солнце показалось нам совсем тусклым. Синьор Ферми тогда сказал: "Это была хорошая физика". И журналисты растрезвонили об этом на весь мир. А мистер Оппенгеймер начал бормотать слова из какого-то древнеиндийского эпоса. Что-то там про потрясателя миров. Но, я не думаю, что они в этот миг были счастливы. Нет… Скорее… ну… у всех нас как бы с плеч свалилась ноша. Тяжкая ноша. Никто не ожидал такой мощности. А через три недели они сбросили "Малыша" на Хиросиму. Полковник Тиббетс написал на носу Б-29, сбросившую бомбу, имя своей матери - "Энола Гей". Представляю, как мама Тиббетса была счастлива, хе, хе... Она бы тебе рассказала про счастье. А я нет… − старик мелко потряс седой головой, − нет...
   В комнате повисла тягостная тишина.
   ─ Простите, − наконец сказал стажёр, − я, кажется, сказал глупость…
   Старик то ли кашлянул, то ли опять усмехнулся.
   ─ И всё, же, − осторожно продолжил стажёр, − наверное, вы были когда-то счастливы? Простите меня, если я опять скажу глупость, но, вот… ваша первая любовь, разве… Ну, вы помните её имя?
   ─ А почему нет? "Энергетический спектр быстрых нейтронов при распаде ядер плутония 239". Это моя первая публикация в "Physical review", после которой меня пригласил к себе синьор Ферми.
   ─ Простите, − сказал стажёр, − но, я имел в виду не совсем это… Я подумал, ну, что девушка…
   ─ Франческа? − старик вскинул голову и посмотрел на стажёра. − Она работала машинисткой в какой-то заготовительной конторе. Ты хочешь знать - был ли я тогда счастлив? Я, пожалуй, тебе отвечу, да… Тогда над Миланом пронеслась странная гроза. Лил проливной дождь, сверкали молнии, гремел гром и светило солнце. Да, с неба светило яркое солнце! А потом дождь выключился, как будто кто-то повернул кран. Мы с Франческой сняли туфли и пошли босиком по потокам воды. И вот, что я тебе скажу.
   Старик наклонился через стол и приблизил морщинистое лицо к стажёру:
   ─ Она взяла меня под руку, мы шли рядом, и она касалась меня бедром. Кажется, тогда счастье было совсем близко, каких-то двадцать сантиметров, не более, понимаешь? − свистящим шёпотом сказал старик. − Я хочу, чтобы тебя приняли в штат, парень. Поэтому я скажу тебе ещё кое-что. Публика устала от секса и любит сентиментальные истории. Так вот, знаешь, чего я больше всего тогда хотел?
   ─ Ну, я полагаю, потрогать Франческу…
  ─ Нет, − выдохнул старик, − нет! Я тогда больше всего хотел, чтобы она прочитала мою статью! Ну, ту, которую приняли в "Physical review". Это была сложная работа, да… Энрико потратил пять дней, чтобы разобраться в ней. Как ты думаешь, что я тогда придумал?
   ─ Ну, − стажёр нерешительно заёрзал на стуле, − наверное, дали ей почитать рукопись…
   ─ Нет! Я попросил Франческу перепечатать эту рукопись в пяти экземплярах! − старик победно откинулся на спинку стула. − Хотя мог это сделать запросто сам.
   ─ Ну, и?
   Старик раздосадовано взмахнул рукой:
─ Она так любила танцевать… И вокруг неё всегда вились парни. А я… У меня, кажется, уже тогда были проблемы с ногами.
   ─ Ну, так она перепечатала?
   ─ Да, − старик скривил в гримасе узкие губы, − но…
   Старик замолчал, потом поднял на стажёра бесцветные глаза и тихо пробормотал:
   ─ Нет… Нет, я так и не встретился тогда со счастьем, нет, мы опять разминулись… Там было всё наоборот. У неё появился другой парень, а я… Я с головой ушёл в работу. Тогда я решил, что наука это единственное, что не может меня, ну… предать, понимаешь?
   ─ Простите, − сказал стажёр, − но у вас же была первая женщина, ну, я имею в виду первую физическую близость с женщиной, неужели и тогда…
   ─ Неужели и тогда я не был счастлив, да? Да ты знаешь, я помню это до сих пор, − старик тревожно поёжился. − Тот русский, Вадик, решил однажды, что я… что уже прошли все сроки, а я всё ещё… ну, понимаешь? И он привёл мне девушку. Ну, из тех, которые у фонтана святого Франциска спрашивают, не нужна ли вам девушка на время, вот… Я даже не знал никогда, как её зовут. Привёл и поставил передо мной, сказав, что обо всём с ней договорился, а сам ушёл. Ну, я сильно волновался, сильно… А она была какая-то безразличная, и я от этого волновался ещё больше. Но дело не в этом. Ты спрашивал меня о том, был ли я тогда счастлив? Так вот, на следующее утро на книжном развале мой ангел-хранитель подсунул мне одну книжку. Я её вижу, как сейчас, она была ярко красного цвета, на ней был изображён силуэт женщины и надпись: "Болезни, передающиеся половым путём"! После пятой страницы, я понял, что я влип! Их, этих бактерий там, оказывается, столько разновидностей, что по-другому быть и не могло - я влип! После десятой страницы я обнаружил у себя все приводимые там симптомы! Каким-то чудом это всё, ну, что гнездится там, понимаешь? Оно минуло меня. Но счастье?.. Нет, парень, нет… Мы разминулись с ним и тогда.
   ─ Ну, хорошо, а наука? − воскликнул стажёр. − Ведь вы работали в последние годы, если я не ошибаюсь, − стажёр полистал блокнот, − в Брукхейвенской национальной лаборатории, вот - на коллайдере RHIC? Это же передний край экспериментальной физики! Сколько людей были бы счастливы работать там!
   ─ Да, − старик вздохнул. − Это самый мощный физический прибор из когда либо существовавших - Брукхейвенской коллайдер тяжелых релятивистских ионов. И, кажется, это правда, что занятие естествознанием может принести минуты счастья. Думаю, так и было у великих физиков, таких, как Майкл Фарадей. Тогда физика способна была одаривать своими дарами не только простых людей, но и делать счастливыми своих первооткрывателей. Я так думал. Пока не наткнулся в одной книге на слова Фарадея.

   Старик повернулся и взял с книжной полки книгу в фиолетовом переплёте, на котором был изображён плывущий по ночному озеру лодочник, над которым раскинулось какое-то неестественное в своей неистовой звёздности небо.
   ─ Вот, − старик водрузил на крючковатый нос очки, открыл нужную страницу и начал читать:
   "Я склоняюсь перед Господом всего сущего и надеюсь, что смогу терпеливо ожидать, когда Он в Свое время и по Своему усмотрению пошлет мне избавление"
   ─ Это слова Майкла Фарадея, − пробормотал старик, закрывая книгу. − Избавление… Пошлёт мне избавление. Кто бы мог подумать… И не только он, понимаешь? Макс Планк. Казалось бы - один из первых лауреатов нобелевской премии, физик с мировым именем, первооткрыватель, а посмотри, что пишет:
   "Если вообще есть утешение, то его можно найти в вечности. Да защитит и укрепит тебя Бог во всем, что еще ожидает нас, пока не придет к концу это безумие, в котором всем нам пришлось жить".
   Старик закрыл книгу и опустил голову. Со стороны могло показаться, что он внимательно рассматривает рисунок на скатерти.
   ─ Кажется, они тоже не были счастливы, − тихо сказал он, не поднимая головы. − Людвиг Больцман, который играл первым номером в термодинамике, покончил собой. Паули уже в тридцать лет заявил, что физика стала для него слишком сложна, завёл себе друга психоаналитика и стал крепко прикладываться к бутылке.
   ─ Ну, а вы? − спросил стажёр. − Вы же были на самом фронтире физики, это должно же было вызывать какие-то чувства?
   Старик задумался. Потом недоуменно пожал плечами и сказал:
   ─ Всё что угодно, кроме счастья. Я боялся в этом признаваться даже самому себе, но… Если ты уж такой настырный… Там всё удивительно похоже на то, как было с Франческой. Ощущение того, что счастье где-то рядом, совсем близко, стоит только протянуть руку. Мы год за годом увеличивали энергию и карабкались всё выше и выше. В какой-то притче говорится, что когда учёные достигли вершины, то они увидели, что там уже сидит богослов. Хе, хе… Ставлю один к ста, что эту притчу придумали сами богословы. На самом деле мы увидели там совсем другое, совсем… Чем глубже мы погружались в материю, тем глубже мы погружались в Ничто. Когда будешь это писать - "Ничто" пиши с заглавной буквы. Выходило так, что материи в нашей Реальности вообще не существует. Что материя - это всего лишь кручение пространственной метрики. Это самый грандиозный прикол Создателя, почище молодости, первой любви и первой женщины вместе взятых. И, чем глубже мы проникали, тем эта кривизна становилась меньше заметной. Ну, как жук не замечает кривизны ветки, по которой он ползёт. Наш шеф Карло Руббиа считал, что в этом Ничто таится высший порядок, который порождает всё остальное. Всё, кроме счастья…
   ─ Так что же, − стажёр развёл руками, − получается, что вы… ну, никогда…
   ─ Не утруждай себя подбором слов, − проскрипел старик, − сделай-ка лучше ещё кофе. А счастье… Как своенравная красавица, оно никогда не придёт туда, где ты ему назначаешь свидание. Кажется так у большинства людей. Поэтому гоняться за ним бесполезно. Но оно есть… Может, это воспоминание о потерянном рае, не знаю… Но мне оно более всего напоминает электронного кролика на собачьих бегах. Ты был когда-нибудь на собачьих бегах?
   ─ Нет, − ответил стажёр.
─ Там есть такая хитроумная штука, за которой бегут собаки - электронный кролик. Если он убегает слишком далеко - собаки останавливаются. Если слишком близко, собаки набрасываются на него и тоже останавливаются. Кролик должен бежать чуть-чуть впереди. Но так, чтобы собаки не могли его достать. Это и есть модель счастья.
   ─ Кролика придумали люди, − задумчиво сказал стажёр, разливая кофе. − Чтобы у собак был стимул бежать. А счастье - чтобы у людей был стимул жить? Но кролик недостижим…
    ─ Из тебя мог бы получиться хороший журналист, − задумчиво пробормотал старик. − Но ты умный. А это плохо для вашей профессии. Ты всегда будешь выбиваться из среднего резонанса, из мэйнстрима, как у вас говорят. Тебя будут хвалить, иногда даже очень, но это будут единицы. Для глянцевого журнала о мужском или женском здоровье ты не годишься, нет. Хотя… Во время моей молодости отличные рассказы печатались и в Плейбое. Вадик как-то принёс номер, и я прочитал там маленькую повесть, которая называлась "Где бы ты ни был". Автора я уже и не помню. Чудесная вещь, чудесная… Тоже о счастье. Знаешь, у меня всегда была хорошая память, и я помню последние слова оттуда: "Невеста была счастлива". И потеряла от этого свой ведьмовский дар. Это и было, наверное, её счастье.

 

 

 

Hank  

    Отличный кусок текста, только старик иногда сбивается на манеру Банцера выражаться) все эти "вот ты смотри" - излишняя горячность присутствует) еще чуть степенности и вообще норм

 

 

Да куда ж от этого деться? По иному - прямой путь автору в шизофреники. Я серьёзно. А кое с кем и бывало...
   "От всего человеческого тела поднимаются испарения, идущие к мозгу: если они не слишком обильны, человек остается здравомыслящим; если же их слишком много, то они вызывают в нем экзальтацию и превращают его в философа".
Джонотан Свифт (Цит по Ч.Ломброзо "Гениальность и помешательство")

 

 

 

Кипарис

   Итак, у "умного" учёного не хватила ума, чтобы устроить свою (хоть какую-нибудь) личную жизнь!
   Скажите, мне, почему вдруг этот человек назван умным!

 

 

 Там выше где-то написано, что "умный" - это весьма условный и относительный термин, если хотите - имя для обозначения нашего субъекта. А субъект этот, как на старых фотографиях при проявлении - его черты проступают по мере того, как мы испытываем его, как 4-хполюсник, разными "входными сигналами".
   К тому же в этой главе говорится о счастье, и поэтому только о Франческе. Может он вполне нормально и женился после этого, а к моменту интервью жена уже померла, я этот вопрос оставил открытым.
   А то, что люди должны жить парами - ну кто бы спорил. Это как "не имей сто рублей, а имей тысячу рублей". Но не у всех получается, не всем судьба, а многим, кому судьба, так...
    "И на старуху бывет проруха, как сказала польская красавица Инга Зайонц через месяц после свадьбы с другом моего детства Колей Остенбакеном"(с)

 

 

Примус

    Отметьте, Серж, протестантский подход этого - " у "умного" учёного не хватила ума". Почему-то многие уверены, что ум проявляется именно в умении припасть к теплому стойлу и сытому пойлу. Умного вообще-то суета не интересует. Ни финансовая, ни любовная...

 

 

 Ну, "суета любовная" нашему умному не чужда. Вон старик помнит всё. И как по лужам босиком с Франческой шли, и как солнце светило, и как бедром она его касалась, и как про нейтроны хотел чтобы она прочитала.
    Да и определения термину "умный" мы так и не дали и не станем давать. Просто это невозможная постановка вопроса. Ну, скажем, кто умнее - Григорий Перельман, за которым гонялись, чтобы денежную премию вручить, или Владимир Фортов? Первый доказал гипотезу Пуанкаре и три ведущих американских университета три месяца проверяли доказательство, и РАН предложила ему членство, от которого Перельман отказался. А второй давал последнее интервью на борту собственной яхты и он же субъект очерка "Вакуумный клондайк". Не дурак точно, был капитаном КВН МФТИ в 60-е годы.

   И Перельман не одинок. В "Дар мой, Враг мой" эпиграфом стоят слова физика Гургена Аскарьяна:

   Мир оставляю вам, а мне покой над миром,
   Вдали от суеты, позора и страстей.
   Мир – ярмарка, а Бог – владелец тира,
   В котором гении – мишени для людей


  Когда, кажется, Таунс (не помню, но какой-то нобелевец точно) что-то там открыл, Аскарьян послал ему свою старую статью с этим его "открытием". И нобелевец признал первенство Аскарьяна в открытой печати. Тогда все в ИОФАНе*, где работал Аскарьян, засуетились, как же - у него даже нет докторской, какой пассаж! В своих мемуарах "События и люди" Анри Рухадзе пишет, как, будучи председателем комиссии по учёным степеням ИОФАНа, он упрашивал Гургена хоть стопку пустых листов предъявить, лишь бы титульная страница была, что, мол, это докторская. Вот Гурген и написал туда эти стихи.
    И как же жизнь по идиотски устроена... Трагически она оборвалась у Гургена. А, может, просто, Бог до срока забрал. Не знаю...

 

 

Примус

     Смерть может быть финальным аккордом жизни, ее итогом, следствием или результатом, но может и не быть ими. Если груша созревает, ее могут сорвать и съесть. А если она перезревает, не сорванная вовремя, она может упасть - и вырастет грушевое дерево. Кто знает истинную цель смерти?

 

 

 Майа

А где тема "Умный и дураки" ?

 

 

   Майа, я бы написал и даже собирался. Но вот после слов Жванецкого планка задралась так высоко, что я не перепрыгну. "Просто не разбегусь" (Жв.)

 

   "Глупость не предлагает. Глупость не спрашивает. Глупость объясняет. В общем, с умным лучше. С ним ты свободен и ленив. С дураком ты все время занят. Ты трудишься в поте лица. Он тебе возражает и возражает... Ибо он уверен! И от этих бессмысленных возражений ты теряешь силу, выдержку и сообразительность, которыми так гордился. С дураком ты ни в чем не можешь согласиться. И чувствуешь, какой у тебя плохой характер" (с)

    Вообще такое мог написать только человек, который имел хорошую школу контакта с дураками. И вот вопрос интересный. Ну, если дурак начальник умного и платит неплохие деньги - тогда понятно. У меня самого был такой период в жизни. Но ведь умный ещё и просто так с дураком связывается! Особенно, если видит, что дурак живёт лучше его! Видимо в этом есть какой-то скрытый смысл. Подсознательно, что-ли, умный этим стремится удовлетворить своё стремление к справедливости. Это чувство удивительно тем, что присутствует с малых лет в душе каждого человека и при этом не имеет места в нашей Реальности! Однако, это уже "Умный и императив", подождём.

   Если Вас действительно интересует этот аспект, то я его немного всё-таки касался, приведя замечательную цитату из "Бродяги Хроноленда" Юрия Дихтяра:

    "Кстати, ты заметил, кто обычно сверху? Слабаки. Да, не удивляйся. Ты, красивый, сильный, умный и любимец публики, думаешь, а зачем мне такому классному пацану кому-то что-то доказывать, я и так… А они, мешки с комплексами, которых чморили в детстве, у которых вечные прыщи и кривые ноги, на которых бабы внимания не обращали, да и не только бабы, которых не звали в компанию побухать, а если и звали, то не смеялись над их анекдотами, короче, слабаки, постоянно что-то доказывают, карабкаются, расталкивают таких красавцев, как мы, своими хилыми локтями, А мы и внимания на них не обращаем. А он уже, раз, и завкафедрой, и денег у него больше, и, естественно, бабы начинают посматривать на него, перспективного, а не на тебя – рубаху-парня, и подчинённые над анекдотами смеяться начинают, и он уже решает, кого приглашать в компанию, а кого нет. А ты уже за бортом и поздняк метаться" 


   Примусу по статье Кураева.
  У меня настолько двойственное к этому отношение, что всё, что я могу сказать - это то, что я регулярно читаю его блог и не знаю, правильно ли делаю Так же, как не могу сказать - прав он или нет. В чём неправ - то, что я в соответствующей главе назвал "утешением". Макс Планк был весьма умным, поэтому он и написал слово "припишем". Это очень хитрое слово в том контексте, если вдуматься. Так вот К. лишает в какой-то мере людей этой миссии церкви. А с другой стороны он говорит языком фактов. С ними тоже не поспоришь. А с третьей стороны он сознательно лишился многого в своей карьере. Даже денежной помощи просил в блоге.
 

 

 

Примус

    А я наконец окончательно определилась. Прощайте, сплин и кризис веры. Просто виной всему смирение. Я просто не могла поверить(к вере это отношения не имеет, разумеется),что в своем отторжении некоторых вещей я могу быть права, и видела в своей правоте кризис мышления и веры. А оного-то не было вовсе. Я просто оказалась правой.

 

 

   Да просто напросто нужно отделять эти два понятия - вера и религия. У меня в той главе всё ясно написано. А люди склонны их смешивать. Потом видят монаха с ящичком для пожертвований у ворот монастыря, из которых выезжает архипастырь на лексусе, и говорят: "У меня кризис веры". При чём тут вера?

 

 

Примус

    Да меня, как Вы помните, Серж, такие факты никогда не смущали. Меня, как любого книжника, шокировали именно перекосы в Предании, медведи Серафимов, мытарства Феодор, легенды и откровенные выдумки, выдаваемые за откровения и пророчества. А уж святые старцы... Сейчас я просто поняла, что это не ослабление веры, а неприятие дури.

 

 

 

 
При воспроизведении текста этой страницы ссылка на
http://www.webslivki.com  и автора обязательна!
Невыполнение этого условия является
нарушением действующего законодательства

 

Написать мне письмо

      

        

       
поросячьи бега комплекс С-75 айседора дункан
   
Женщины Есенина

Закат Европы

 
Екатерина Максимова
Пленницы Терпсихоры

Владимир Высоцкий 
Неудачные кинопробы Высоцкого
Витаой Кличко
Поражение Кличко
Все комментарии      Навигация