Начало     Навигация    Блог    Книги Сергея Банцера    Поиск по сайту   

 

 


 

 


 

 


  ;

   


 


   ♦ Кавказская пленница
   ♦ Война и мир (2007)
   ♦ Остров

   ♦ Жестокий романс
   ♦ Место встречи
      изменить нельзя

 

 

 


   ♦ "Мурка" - классика
   ♦ Никогда не сдавайся
   ♦ Мари Самуэльсен
   ♦ Наоко Тераи
   ♦ Чарльстон
   ♦ Оркестр Дальней
      Гавани


 

 



   ♦ Эрнесто Кортазар
   ♦ Светлана Тернова
   ♦ Оркестр "Папоротник"
   ♦ IL Volo (оперное трио)
   ♦ Лименсита (антология)
   ♦ Canzone da due soldi
     (антология)

   


  ♦  Константин Разумов
  ♦ Шу Мизогучи
  ♦ Ютака Кагайя
  ♦ Вильем Хентритс
  ♦ Валерий Барыкин
  ♦ Елена Бонд
  ♦ Люсьен Делару
  ♦ Александр Стародубов


Весь список

 

 



  ♦ Виктор Игумнов
  ♦ Дмитрий Бакулин
  ♦ Вадим Балакин
  Игорь Денисов

 

 

 

 

       

 

Признак успешного романа

 

                                                                                                                                        

   


Сайт содержит материалы, охраняемые авторским правом. Использование материалов сайта в интернете разрешено только с указанием гиперссылки на сайт и автора публикации.
Copyright © С.Банцер

 

Черепаха Патология

 




И вновь обратимся к слегка надоевшему вопросу: «Что должна делать литература» — развлекать, учить, пугать (одна из сторон развлечения) или просто наполнять читающего жизнью? Думаю, что в общем она должна предоставлять читателю какой-то виртуальный мир, в который тот мог бы спрятаться, пусть на время, от «будничной жизни с ее мучительной жестокостью и безутешной пустотой». Заковыченные слова принадлежат, как это не покажется странным, гению всех времён и народов Альберту Эйнштейну.

Хорошо, тогда следующий вопрос: «Что такое хорошая литература и что такое плохая?» В принципе это то же самое, что спросить — какая разница между добром и злом? Несмотря на умствования поколений философов и богословов, разница есть и она проста — добро и зло это интуитивно понятные категории. Точно так и хорошая и плохая литература — это интуитивно понятные суждения. А, значит -не поддающиеся формальному описанию.

Поэтому зададим следующий вопрос — а какая литература имеет шанс стать популярной, то есть, востребованной? Это уже более простой вопрос, хотя и тоже трудно формализуемый в логических терминах. Чтобы ответить на этот вопрос, нужно учитывать, что ноосфера обладает набором собственных резонансов. Если роман попадает в один из таких резонансов, то он принимается ноосферой, становится популярным и приносит своему автору деньги и славу. Если не попадает, то он отвергается ноосферой, и автор автоматически попадает в разряд графоманов.

Так какими же свойствами должен обладать роман, чтобы попасть в текущий резонанс ноосферы в её эволюционном ходе?

А вот это несложный вопрос. Ответ на него вполне формализуем в рациональных терминах без всяких интуитивных суждений. Вот он. Виртуальный мир, предлагаемый читателю этим романом, должен содержать в себе сильное патологическое начало.

Сейчас я перечислю имена трёх китов, пребывающих на черепахе с именем «Патология». Именно эти три кита обеспечивают попадание в ноосферный резонанс.

Описание каждого кита я буду снабжать краткими примерами-цитатами из какого-либо успешного литературного произведения. Эти произведения остро резонируют с ноосферой и принесли своим авторам немалые дивиденды. Кстати, в радиотехнике остроту резонанса определяет параметр, который называется «добротность контура». То есть, цитируемые мной отрывки будут взяты из романов, обладающих высокой добротностью.

Первый кит на спине черепахи Патологии — маньяк. Маньяк должен убивать живые существа. Для попадания в ноосферный резонанс автор должен описывать все его действия неспешно и со смаком. Вот так, как это делает в трёх последующих цитатах автор супербестселлера «Мистер убийца» Дин Кунц:

«Испуганная мышь дрожит в его сжатом кулаке. Из него торчит только ее маленькая головка и хвост. От испуга и такого давления она писает. Почувствовав на руке теплую влагу, он с отвращением морщится, изо всех сил сдавливает кулак, лишая жизни этого грязного маленького зверька.

Он швыряет мышь на кровать рядом с мертвым хомяком»

Тут не стоит пренебрегать психологическими изысками. Ноосфера это любит, ибо представляется себе при этом этакой утончённой особой, способной на понимание, недоступное иным.

«Он решает оставить хамелеона в покое. Это, может быть, даже к лучшему. Пейдж и девочки, придя домой, наверняка начнут искать его. Когда они найдут его, он убьет его прямо перед глазами Шарлотты или, может быть, попросит ее саму убить ящерицу»

Второй кит — секс. Конечно же, не обычный, а извращённый. Хорошо в соединении с чем-нибудь загадочно-изысканным:

"По заключению судебных медиков, состояние анусов трупов свидетельствовало о том, что эти юноши вели активную гомосексуальную половую жизнь"

Маринина «Стилист»

Идеальный вариант — соединение второго кита с первым. Тут тоже для попадания в ноосферный резонанс не стоит пренебрегать мелкими деталями:

«Теперь молодая женщина, на которой он до сих пор лежит, кажется ему безобразной и даже омерзительной. Одно воспоминание о близости с ней теперь заставляет его содрогнуться. Сильный удар кулаком в лицо застал ее врасплох. Удар буквально оглушил ее, и она обмякла, почти потеряв сознание. Схватив ее за горло и приложив всю имеющуюся у него силу, он душит ее. Их борьба безмолвна. Последовавшее за ударом сильное сжатие горла и сокращение потока крови в мозг через сонную артерию делает сопротивление невозможным. Минимум шума необходим ему еще и потому, что тихое убийство более персонально и интимно, оно приносит ему большее удовлетворение»

Имя третьего успешного кита — болезнь. Тут, кстати, ничего нового. И поэтому я не буду цитировать Дина Кунца, а обращусь к признанной классике мировой литературы:

«Нана осталась одна, с обращенным кверху лицом, на которое падало пламя свечи. То был сплошной гнойник, кусок окровавленного, разлагающегося мяса, валявшийся на подушке. Все лицо было сплошь покрыто волдырями; они уже побледнели и ввалились, приняв какой-то серовато-грязный оттенок. Казалось, эта бесформенная масса, на которой не сохранилось ни одной черты, покрылась уже могильной плесенью. Левый глаз, изъеденный гноем, совсем провалился, правый был полуоткрыт и зиял, как черная отвратительная дыра. Из носу вытекал гной»

Эмиль Золя.

С классиком девятнадцатого века успешно конкурирует гигант современной ноосферы:

«Устина резко повернулась, и в полоске упавшего света он увидел, как на внутренней стороне бедра блестит кал»

Водолазкин «Лавр»


Bon appetit, как говорят соотечественники классика мировой литературы.

Вот и все, что нужно знать об успешном романе. Ноосфера гарантированно распахнёт свои объятия перед этими тремя китами на панцире черепахи по имени Патология.

Тут можно было бы и закончить, если бы это не было преамбулой.

А амбула такова. За полученное при чтении наслаждение читателю нужно будет заплатить.

Кролики отца Фёдора, сбежавшиеся на пикантный запах гнилой капусты, которую вывалили на задний двор молодцы из кооператива «Плуг и молот», заплатили своей жизнью. Современный читатель тут спросит: "Что ещё за кролики?" Ну, да, эта книга не очень резонирует с современной ноосферой, ведь в ней нет ни одного из перечисленных китов. А как бы украсили этот роман сцены лесбийских изысков Эллочки-людоедки и Фимы Собак! Не говоря уже о сцене орально-генитального контакта между Эллочкой-людоедкой и инженером Щукиным!

Кстати, амбула кончилась.

А черепаха с тремя китами на своей спине плывёт дальше по слегка пованивающему ноосферному морю.

 




   

      

 

 

 







 


Звёздные пары 

Что такое Линди Хоп? 

Пианистки-красотки 


Сайт содержит материалы, охраняемые авторским правом. Использование материалов сайта интернете разрешено только с указанием гиперссылки на сайт и автора публикации.
Copyright © С.Банцер
 Design С.Банцер Copyright © Сергей Банцер      

 

       

 

 

 


Гибкие девушки
Цветы
Тюрьмы Европы
Высоцкий. Цена таланта

 


Оптические иллюзии
Чем же питались гении?
Знаменитые алмазы
Ностальгия


Проклятие "Плейбоя"

Константин Разумов

Безопорное движение

Оптические иллюзии